Первая коронация

Больше информации .

Старший сын Ивана III Иван Молодой командовал русскими войсками на реке Угре и не дал переправиться хану Ахмату на другой берег. Но в 1490 году Иван Молодой неожиданно умер. Младшему сыну Василию в это время было одиннадцать лет, многие думали, что именно его великий князь объявит наследником. Но Иван III очень любил старшего сына и короновал в 1498 году своего внука Дмитрия, сына Ивана Молодого. Год спустя он разгневался на мать Дмитрия Ивановича, и в 1500 году наследником был назван Василий.


Кругом Кремля раскинулись улицы торгового города, посада, тянулись ремесленные слободы, а дальше шли подмосковные села Зубово, Кудрино и другие. Каменные здания строились лишь в Кремле, но и здесь преобладали деревянные хоромы, в которых жили не только бояре, но и сам великий князь.

Город к концу XV века очень изменился. Над кривыми улицами и улочками поднялись к небу новые каменные Спасская и Боровицкая башни, выстроенные приезжими итальянцами. Вместо развалившегося Успенского собора выстроили новый каменный, выросла Грановитая палата с гранеными стенами, как у дворцов флорентийской знати. Начали строить и для великого князя каменные хоромы, но пожар во время сильной бури истребил чуть ли не весь город. Дабы избежать новых пожаров, многие деревянные избы перенесли из Кремля за его пределы, и впредь на его территории, как и вблизи Кремлевской стены, разрешили возводить только каменные постройки. За Москвой-рекой, против Кремля разбили сад, позже названный «Царицын луг».
Новшества стали появляться с приездом в Москву наследницы цареградских кесарей Софьи Палеолог, ставшей супругой великого князя Ивана III. Вместе с ней прибыло множество греков и итальянцев, которые потеснили у московского трона старозаветных бояр.
Бояре возненавидели греческую царевну, оговаривали ее перед мужем, и великий князь все более отдалял от себя супругу, а тринадцатилетнего сына Василия посадил под стражу. Бояре торжествовали: все опять пойдет по-старому, как повелось от предков.
Великая княгиня Софья Фоминична сидела у себя в тереме, не смея показываться на глаза супругу, а бояре готовились пышно отпраздновать свою победу. По их наущению 4 февраля 1498 года великий князь должен был объявить своим наследником и торжественно венчать на царство внука Дмитрия от рано умершего своего старшего сына Ивана Молодого.
Много толков на Москве ходило по случаю предстоящего торжества. Говорили, как выросла и окрепла за последние годы власть московского государя. За тридцать лет княжения Ивана Васильевича его владения увеличились в несколько раз, даже мятежный Новгород покорился ему, а их вечевой колокол давно висит на одной из московских колоколен. Игу татарскому после противостояния на Угре пришел конец. А самого великого князя все чаще называют по-новому – царем и самодержцем, как в старые годы именовали только цареградских императоров.
Многих занимал обряд венчания на царство, неизвестный дотоле в Москве. Греки-монахи с Афона, хорошо знавшие, как подобное торжество происходило в Царьграде, охотно рассказывали о нем. Отыскали в великокняжеских закромах присланные в разное время из Византии шапку Мономаха, трон из слоновой кости, герб в виде двуглавого орла. Поговаривали, что недаром великий князь женился на дочери последнего византийского императора, теперь он сам стал царем, а Москва – все равно что новый Рим. Первый Рим покорил себе все народы, но осквернился латинской ересью, вторым был Царьград, но пал под натиском магометанской веры, ныне Москва стала третьим Римом, и четвертому не бывать.

Четвертого февраля москвичи стекались в Кремль посмотреть на первую коронацию на Руси. В Успенском соборе воздвигли дощатое возвышение и на нем три стула – для великого князя, его внука Дмитрия и митрополита Симона. Рядом поставили налой и на него положили шапку Мономаха и бармы. Все духовенство – митрополит, архиепископы, епископы, архимандриты, игумены – в священных облачениях ожидал начала церемонии. Когда в назначенное время в храм вошел великий князь с внуком, дьяки по обычаю пропели многолетие Ивану Васильевичу, и духовенство отслужило молебен Пресвятой Богородице и московскому чудотворцу Петру.
– Отче митрополит, – обратился великий князь к владыке Симону, – Божьим соизволением отцы наши, великие князья, сынам своим первым давали великое княжение. Так повелось от прародителей наших. И отец мой меня благословил великим княжеством. И я своего сына первого Ивана благословил великим княжением. По Божьей воле сына моего Ивана не стало, а у него остался сын первый, Дмитрий, и я его ныне благословляю после себя великим княжеством управлять. И ты его, отче, благослови.
Митрополит велел Дмитрию взойти на возвышение, где стоял сам рядом с Иваном III, и благословил его крестом. Дьяконы прочитали положенные молитвы, Дмитрий преклонил главу, и великий князь возложил шапку Мономаха и бармы на внука. Все, присутствовавшие в соборе поклонились обоим великим князьям и поздравили их.
– Господин и великий князь Дмитрий, – поучал митрополит отрока, – имей страх Божий в сердце твоем, люби правду, и милость, и суд правый. Имей послушание к своему государю-деду и попечение от всего сердца обо всем православном христианстве. А мы тебя, господина и сына своего, благословляем и Бога молим о твоем здравии.
Но недолго пришлось Дмитрию носить новый титул. Прошло меньше года, как Софья Фоминична вернула себе место в сердце великого князя. С сына Василия сняли опалу и провозгласили его государем Новгорода и Пскова, наследником отца. Многим боярам, клеветавшим на великую княгиню, отрубили головы. Первого венчанного на царство московского князя Дмитрия посадили «в камень», то есть в каменную темницу. Еще тяжелее пришлось ему, когда по смерти Ивана III великим князем стал Василий III. Дмитрия заковали в цепи, и он умер «в нужде и тюрьме, не увидев более свободы, в 1509 году». Тело его, впрочем, было погребено в Архангельском соборе, где похоронены первые московские государи.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.